Глава 8

Тело тяжелеет. Всё внутри разжато, расслаблено, словно пульс больше не нужен.

Лежу, растянувшись на простынях, обессиленная, открытая — между ними.

Всё липнет к коже — простыни, их следы, влажность на губах и пульсирующее, глубокое внутри.

Между ног — всё ещё отзывается лёгкой дрожью, будто тело не отпустило до конца.

Александр ложится рядом. Не говорит ни слова. Просто прижимается.

Целует в макушку — чуть влажными губами. Пальцы скользят по плечу, и я вздрагиваю.

Тепло. Спокойно. Сон подступает — такой сладкий, полный.

Я закрываю глаза. Губы чуть приоткрыты. Дыхание ровное.

Уже проваливаюсь — туда, где всё растворяется.

Туда, где они — как тень, как запах, как воспоминание.

Но вдруг — голос.Сиплый. Близкий. Шёпот у самого уха.

— Нет, малышка. Спать рано.

Губы касаются шеи. Рука сжимает бедро. И снова всё внутри срывается с якоря. Сон уходит.

Артур первым встаёт с кровати. Молча.

Пальцы скользят по моему животу, чуть надавливая.

— В душ. Не возражай, милая. Мы ещё не закончили.

Александр уже подаёт руку, притягивает к себе.

Тепло его тела — другое. Не жёсткое. Уверенное.

Он поднимает меня легко. Ноги не слушаются, грудь вздымается рывками.

Я тянусь к его шее — неосознанно, просто чтобы не рассыпаться.

Мне нужно, чтобы он держал. Хоть кто-то. Хоть немного.

Ванная — залитая мягким светом. Горячая вода шумит заранее.

Пар поднимается в воздух, окутывает кожу.

Их руки касаются меня одновременно — с двух сторон, без пауз, без права выдохнуть.

Александр сзади. Его пальцы раздвигают волосы, мягко массируют затылок, скользят вдоль шеи.

Он проводит по мне руками, будто изучает заново — не торопясь, осторожно, с той силой, от которой внутри становится тихо.

Горячая вода струится по спине, по груди, по животу и ниже — смывает усталость, но не следов, не ощущения их на коже.

Артур спереди. Его ладони скользят по животу, чуть ниже, потом вверх — к груди.

Сжимает, не лаская, а утверждая.

Пальцы цепкие, движения уверенные — он знает, как держать, чтобы внутри сжималось.

Чуть сильнее, чем нужно для нежности. Ровно настолько, чтобы я почувствовала, кому принадлежу.

Я не могу определить, кто делает что. Они двигаются, слаженно.

Мыло на коже. Пена. Горячие ладони. Тела касаются — мимолётно, но ощутимо.

— Встань под струю, — шепчет Артур.

Горячая вода обрушивается на голову, на лицо, по телу — и всё вибрирует.

Сзади Александр проводит пальцами по спине, ниже — по ягодицам, и прижимает ближе.

— Вот так. Теперь чистая.

Я не знаю, чем всё закончится. Только чувствую: ничего между нами не кончилось.

Мы выходим из душа — пар всё ещё висит в воздухе, тёплый, тяжёлый.

Александр подаёт полотенце, укутывает меня аккуратно, почти как в кокон.

Его руки быстрые, привычные, пахнут горячей водой и мылом.

Он не говорит — просто заботится по-своему, молча, сдержанно.

Артур уже рядом. Берёт меня из рук брата, как будто так и должно быть.

Рука ложится на поясницу — и я послушно делаю шаг.

Полотенце скользит, сползает с плеча.

До кровати — всего пару шагов.

Александр остаётся у ванной, вытирается сам — движения уверенные, неторопливые.

— Ложись, сладкая. Теперь спим, — хрипло произносит Артур, щёлкает выключателем ночника.

Мягкий свет разливается по комнате — тёплый, приглушённый.

Он первым устраивается на кровати — тяжело, близко.

Тянет одеяло, хлопает по подушке, взглядом давая понять: рядом — моё место.

Колеблюсь, но не ухожу. Просто сжимаю край полотенца.

Из ванной выходит Александр. Тело ещё влажное, капли стекают по коже — по ключицам, по животу.

Он подходит к кровати, но не ложится.

Стоит рядом, глядит сверху вниз, и в его взгляде — усталое удовольствие и что-то насмешливое.

Колеблюсь, сжимаю край полотенца, будто это может меня прикрыть.

— Что, теперь застенчивая? — усмехается Александр.

Голос низкий, чуть хриплый, с тем самым хищным тоном, от которого внутри всё снова вздрагивает.

— Я просто… — отвожу взгляд. — Это… странно. Лежать вот так. Между вами.

— После того, как мы были внутри тебя? — склоняется ближе. Говорит спокойно, без тени злобы. —

Сладкая, ты уже наша. Стесняться поздно.

Он медленно тянется к полотенцу, взгляд не отрывает.

Срывает его не резким движением, а словно снимает последние остатки моих попыток сопротивляться. Полотно падает на пол.

Я всё ещё стою, босая, голая, дрожащая.

— Залезай, — голос низкий, спокойный. — Это теперь твоё место. Здесь ты будешь спать. Каждую ночь. Между нами.

Я поднимаюсь на кровать. Оседаю на простынях, в середине.

Александр ложится рядом. Спокойно. Уверенно.

С другой стороны — Артур. Его дыхание ровное, тёплое, ленивое.

Подтягивает меня ближе, прижимает к себе — плотно, грудью к спине, дышит в шею.

Губы касаются кожи — не целуют, просто остаются.

С другой стороны — Александр.

Он лежит расслабленно, но взгляд всё ещё на мне.

Пальцы медленно накручивают прядь моих волос, будто играют.

— Засыпай, малышка, — говорит тихо, почти шёпотом, как приговор и как разрешение одновременно.

Пальцы в волосах приносят покой. Дыхание на шее — ровное, обжигающее.

Тела с двух сторон — тёплые, тяжёлые. Веки слипаются. Всё внутри затихает.

Я медленно погружаюсь в сон — без мыслей, без страха.

Забывая про то как я тут оказалась.